Сольный концерт Ольги Волковой 6+

Выдающаяся скрипачка современности представит сибирской публике камерную программу, в центре которой – музыка Сергея Прокофьева и Дмитрия Шостаковича, двух композиторов, определивших художественный язык отечественной музыки XX века. В год 120-летия со дня рождения Дмитрия Шостаковича обращение к его наследию приобретает особую глубину и актуальность. Программу откроют две сонаты Прокофьева для скрипки и фортепиано. Соната № 1 фа минор, op. 80 – одно из самых напряженных и мрачных сочинений композитора, над которым он работал почти десять лет, в том числе в годы Великой Отечественной войны. Сам Прокофьев говорил, что в финале «сквозь туман слышен холодный ветер, гуляющий по кладбищу», и эта музыка требует от исполнителя не только безупречной техники, но и предельной внутренней сосредоточенности. Соната № 2 ре мажор, op. 94bis, напротив, наполнена светом и прозрачностью. Изначально написанная как флейтовая соната, по совету Давида Ойстраха она была переложена для скрипки и стала одной из самых лиричных и классически ясных страниц камерного наследия Прокофьева.

Во втором отделении прозвучит Соната для скрипки и фортепиано op. 134 Дмитрия Шостаковича – последнее камерное сочинение композитора в этом жанре и одно из его самых личных высказываний. Написанная в 1968 году для Давида Ойстраха, уже тяжело больным автором, соната воспринимается как музыкальная исповедь и итог прожитой жизни. В ней трагизм и ирония, жесткость и сдержанная лирика соединяются в предельно честном и пронзительном диалоге со временем и слушателем.

В сонатах Прокофьева и Шостаковича фортепиано выступает как равноправный партнер скрипки: партия насыщена, драматургически значима и формирует полноценный диалог, в котором рождается внутренняя напряженность и смысловая глубина камерного звучания. Партию фортепиано во всех произведениях программы исполнит замечательный музыкант – пианистка Яна Нагиева.

Возвращение Ольги Волковой на сцену НОВАТа – редкая возможность услышать знаковые произведения XX века в камерном формате, где каждая интонация обретает особую выразительность, а музыка становится пространством глубокого и личного разговора.